Трудности - очень приблизительное слово, слишком казенное, в несколько раз обесцвечивающее те денежные катаклизмы, которые нагрянули в мою жизнь. Но благодаря близким людям, благодаря высшим силам, неотступно поддерживающим меня как раз тогда, когда казалось бы по логике примеров они обычно оставляют страждущих бороться в одиночку, меня никто не оставил, напротив, пребывая в сложных для себя временах, я более полно и объемно теперь воспринимаю жизнь, впервые за долгое время осуществив свою мечту и ближе, как мне сейчас чудится, подойдя к желанным событиям. Удивительно, но именно сейчас, потеряв в целом хорошую работу я смогла найти ту, к которой стремилась всю жизнь. В нынешний момент, когда у многих уходит из под ног почва, я, впрочем также случайно и внезапно потеряв ее, обрела вдруг более весомую, уверенную землю, тот обетованный островок, к которому так давно стремилась - я, наконец, попала в книжный мир, и не в тот, где царит издательская суета, борьба рейтингов, сухой анализ потребительской аудитории, а в мир трепетно любимых мною книг, множества полок и мечтательно-ищущих глаз покупателей.( >>> ) |
...В сущности, нет второстепенных персонажей, каждое действующее лицо есть на своем месте главный герой (с)... Стоит смотреть только из-за одного персонажа. Инструктор по вождению Скотт - как рождаются такие герои? Какова его роль в общем малоинтересном потоке событий? Сосредоточенный, замкнутый, с тугим узлом внутренних убеждений, с от зубов отскакивающими знаниями мистической мифологии, педант и скрупулёзник, теоретик, чрезвычайно серьезно относящийся к своей профессии, ко многим вещам в жизни.. Такие герои должны разбираться авторами под микроскопом, каждая грань их должна быть вычищена до блеску, чтобы как в зеркале отражались в ней все тонкости абсурдной действительности, а не вбиваться колом в голый лед ничего не значащих повествований.( >>> ) |
Начинающий писатель, впускающий в свой внутренний мир только настоящую литературу, имеет шанс не стать плохим писателем. Правда в то же время, имея столь высокую планку - есть риск не стать и хорошим. После оды одиночеству и абсурдной безысходности кафкинских реалий (таких ярких и глубоких, хоть и сыгранных разве что парой простых нот), новелла Ремарка "Гэм" показалась едва ли торжественным представлением скрупулезного ученика-скрипача, который научившись извлекать из инструмента все громкие звуки, самоотверженно и чинно издает их все разом, одним аккордом, желая впечатлить и обрушить на зрителя все свои умения. И лишь потом, к середине пьесы глуховатому зрителю в моем лице удалось прикусить язык и отчетливо расслышать в исполнителе гения.( >>> ) |
Давно сидит во мне этот вопрос, никак не могу на него себе ответить. На протяжении всего своего существования мне снятся сны, яркие, красочные, закрученные, как сюжеты Толстовских романов, и удивительно не связанные с жизнью. Эти сны настолько ирреальны, настолько фантасмагористичны, неестественны, что каждое пробуждение после такого сна ведет за собой многочасовой приход в себя, отчаянные попытки не свихнуться от интерпретации увиденного и бесконечное удивление и восхищение перед уникальностью сновидений. Но вопрос в другом. Чтобы я не увидела в своем сне - будь то белоснежные обезличенные фарфоровые куклы-манекены, доверительно рассказывающие мне об ужасах жизни в старом особняке, или окна говорящего дома, стоит только посмотреть из них наружу, как окружающая местность (преимущественно леса и поля) мгновенно затягивается черной дырой, надвигающейся и заглатывающей всё на своем пути, пока вновь не оторвешь глаз от стекла, или диковинные рыбы, грациозно описывающие в воздухе вокруг меня плавные круги и что-то таинственно шепчущие - одним словом все, что в реальности вызвало бы у меня дрожь в коленках и нервный припадок, здесь во сне воспринимается мною как должное и само собой разумеющееся, без удивления, без шока и без малейшей попытки откреститься от увиденного.( >>> ) |
В награду за прошлые заслуги в этой жизни мне даровано удивительное, почти параноидальное свойство - искать себя. Я же, каждодневно и ежесекундно чувствуя, что мой мир, мой родной далекий край где-то есть, так и не могу его отыскать, кидаясь из стороны в сторону и - уж не обманываю ли я себя в том, что он вообще существует - находя его то в одной, то в другой сфере. Вот так, испробовав как избалованный ненасытный ребенок все угощения со стола, я схватилась было за писательство, которое может и не для меня вовсе, которое может даже и близко не для меня, но, боясь остаться неприкаянной, я приручила это писательство, вживила его в себя, проникла им, и теперь не могу разобраться - мое оно в действительности или только играю в него. ( >>> ) |
Невозможно не удивляться умам далеких гениев, даже когда здесь, поблизости во все щели твоего дома лезут набившие оскомину стереотипы. Моя жизнь, а точнее та ее часть, связывающая меня с обществом (хоть от этой связи я всеми силами отбрыкиваюсь и выстраиваю всяческие баррикады), похожа на блуждание впотьмах, и не потому, что мои цели мне не видны, скорее потому, что свет их не способен рассеять сгустившийся мрак. Будучи выращенной в той системе, которую с детства в меня вбивали, как единственно возможную, я, тем не менее, непредсказуемо для остальных из нее выбралась, вот только пространство, которое мне открылось одни называют утопией, вторые фантазией, третьи коммунизмом. Мне же до этих ярлыков нет дела, так как я уж давно смирилась со своей (и близкого мне человека) идеологической обособленностью. Но иногда, как ослепляющие сверхновые меня озаряет вспышка гениев и в их свете я вдруг обнаруживаю вокруг нас двоих иных разумных существ.( >>> ) |
В борьбе с недугом хорошая книга никогда не будет панацеей, но она безусловно способна облегчить любую боль. "безусловно способна облегчить любую боль" - написала и удивилась, эта фраза отличный пример того, насколько звуковая составляющая может бурно конфликтовать со смысловой. Фраза несет в себе очень мягкий, аккуратный, бережный посыл - мол, нет никаких препятствий к облегчению боли - боль отступает.. И вдруг этот военный марш готовых к бою "Б" и "Л" буквально сносят с дороги в обочину - о каком тут облегчении уж говорить?.. лишь бы остаться живым после такого оБстреЛа.. И потом еще утверждают, что слова способны передавать мысли… какая глупость!.. Собственно, запись предполагалась о другом. Вчера, как и обычно по приходу весны, отчаянно борясь с приступами головокружения (всё, за что ни хватались мои руки или мой взгляд тоже мгновенно устремлялось кружиться) - мне надо было отыскать что-то, способное успокоить эту адскую карусель. В сумке лежал "Чтец" Бернхарда Шлинка, купленный на волне оскаровского безумия, чтобы прочитать до просмотра фильма и провести тот любимый мною анализ недочетов или, напротив, достоинств экранизации. "Чтец" положил конец моему вертолетному состоянию, однако дал начало другому..( >>> ) |
Ума не приложу, как можно быть писателем одной книги.. но еще более не понимаю, как можно быть писателем одной гениальной книги.. Когда внутренний конферансье молчит, я читаю книги… Районная библиотека - в детстве она казалась огромным книжным миром, со своими бесконечными лабиринтами, из-за каждого угла выглядывающими титанами. Сейчас же в этом крохотном зале душно, безжизненно, некуда девать плечи (неужто можно вырасти из районных библиотек..?), и невозможно отыскать что-либо дельное, три часа поисков на тему психологии творчества привели к потрепанному альманаху из "светлого" прошлого о важности творческой самодеятельности у работников металлургической промышленности. Но подарок для меня все ж нашелся - кинулась в руки зеленая обложка "Над кукушкиным гнездом".( >>> ) |
Видимо решено свыше, что я, словно привязанная к колышку коза, брожу по вытаптанному кругу своих вопросов, дальше которых не пускает куцая веревка. Так уж случилось, что мучаюсь теми вещами, которые другие для себя уже давно опеределили - мне же в них не просто непостижимо многое, более того - ничего не ясно. Волнует меня следующее, отчего человек, прийдя в этот мир, и, рано или поздно, задавшись вопросом - кто же я и откуда пришел? - неизменно должен столкнуться с вариантами готового решения, словно выложенной перед ним колодой карт. На свой вопрос - что есть Бог? - седые старцы, со снисходительным взглядом и сдержанной улыбкой, скрывающей желание как следует меня высечь, отвечают мне обращаться к православию, католицизму, в конце-концов, к буддизму, но никак не к самой себе.( >>> ) |
21.02.2009 Дом Музыки, Светлановский зал, Карл Орф "Carmina Burana" Сижу на галерке, у самого свода, так даже лучше - я настолько далеко от исполнителей, что почти верю в их иллюзорность, они как летучие персонажами моего строптивого воображения. Там, позади всех, мне даже проще, даже свободнее дышать в спины набитого до отказу зала. И все же, по спинам этим я почти с точностью определяю, что там творится за этими заслонками, какие там переживания. Я сижу как на иголках, потому что стойко вынести этот музыкальный бой не в силах, вот и верчу головой направо-налево, отвлекаюсь умышленно, чтобы не пустить эту космическую орду нот и звуков в себя, а то она еще чего гляди, воодушевляясь моей впечатлительностью, разорвет меня изнутри в мгновенье ока.( >>> ) |
Продавщица в магазине, одно из сотен каждодневных лиц, - на первый взгляд услужливая, щурит глаза – улыбчивые точки, хочет угодить. Невысокая, живая дамочка к пятидесяти, обрадовалась мне, как родственнице, проявляет искреннюю заинтересованность. Прошу ее взвесить голубцы. Она спохватывается, роется со вздохами в морозильнике, удрученно трещит, что они закончились: «Были вчера. Ну да! Я ж вчера последние завесила и вчера же заказала. Завтра привезут. Или послезавтра. Или уж в понедельник. Но точно будут. Голубцы обалденные.» Говорит много, интонации доверительные, будто какие тайны свои раскрывает, внезапно переходит на шепот. Дергает плечиком, смеется – ведет себя, как девчонка, волосы тускло рыжие – отголосок давней хны, торчат тонкими палочками, челка, как у первоклассницы, лопаточкой. Мне правда, совсем не тошно на нее смотреть, я улыбаюсь ей, слушаю.( >>> ) |
У самой подъездной двери лежит толстая, как бочка, собака, развалившись по-царски, вытянув лапы, словно для пожатия, раскидав ободранный не в одной драке хвост. Время от времени лениво поднимает голову, смачно зевает. Смотрит почти с недовольством, каким-то жирным, насыщенным, переевшим взглядом, каким обладают тетки в окошках ЖКХ, костящие про себя каждого пришедшего на чем свет стоит. Прохожие переступают через ее почующее сытое тело, улыбаются в основном, впрочем, боятся случайно наступить - уж слишком отчетливо написано на этой самодовольной морде уверенное предупреждение: "Ты меня не тронь, и я тебя не трону"... P.S. не ходите в ЖКХ.. Пусть ЖКХ идет к вам.. |
А вот и еще один полноправный Элемент моей системы Абсурдизма, участник абсурдистского движения, организованного мной, пожалуй, не к месту, не ко времени, но к величайшему желанию! Даниил Хармс – этот отчаянный борец за независимость мышления, увы, проиграл неравную битву с системой и был раздавлен сталинской машиной. У меня есть родственники, пережившие блокаду Ленинграда. Я никогда не расспрашивала их об этом времени, как-то не удалось. Сейчас жалею, что в нашу последнюю встречу не нашла для этого времени. Подумать только, как раз когда мой дядя Митя отчаянно боролся с голодом в эти смертоносные 900 дней, совсем неподалеку, на Арсенальной набережной, 9, в отделении психиатрической больницы «Крестов» в феврале 42-го Хармс доживал свои последние дни. Возможно, он не дожил бы и до этого времени, если бы не имитировал сумасшествие, что позволило ему избежать расстрела годом раньше.( >>> ) |
О ВЕЛИКОМ
|
Итак, чувствую завершение очередного рубежа. И ознаменуется оно сменой названия моего дневника. Название прежнее "Nosce te ipsum" (что в переводе означает бесконечное "Познай себя") было неким лейтмотивом моих прежних философий и юношеских исканий. Теперь же, спустя вот уже пол-года, как я исключила себя из офисного общества мне малоинтересного и погрузилась в сладостное одиночество удаленного фрилансерства, я, кажется, вполне исчерпала в определенном смысле это направление. Отнюдь, впрочем не до конца (ибо познать себя полностью, к счастью, невозможно), но приблизившись к новому этапу, в котором хочется глядеть уже не внутрь себя, а наружу, в поисках бесконечных ответов на терзающие вопросы и самоутверждении в собственных взглядах.( Далее )
Очередные глюки in meinem Kopf… |
На выходных выбрались на природу - подумать только, первый раз после зимы!!! Как голодные звери мы набросились на этот чистейший воздух, солнце, лес и озеро, пили эту весеннюю сказку большими глотками и радовались, что это только начало!!!
( под катом несколько фотографий с прогулки )НАСТОЯЩАЯ ЖИЗНЬ
|
Существует множество способов стать лошадью. Можно весело и громко смеяться или смотреть на небо большими грустно-мудрыми глазами, можно работать до седьмого пота на тощего злого дядьку, а можно, надев мои сапоги с неуклюжими широкими каблуками "цокать" по безлюдному дворику, слушать, как от обшарпанных стен эхом разносится моя копытная музыка и представлять, что ты самая настоящая пышногривая лошадь... может быть даже в яблоках. Я была бы хорошей лошадью..., жалко только - у меня на них аллергия...
"Лошадь, не надо.
Лошадь, слушайте -
чего вы думаете, что вы сих плоше?
Деточка,
все мы немножко лошади,
каждый из нас по-своему лошадь". (с)
Profile
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif)
oksaris- Заблудившийся абсурдист...
- Энциклопедия Авторского Кино (ЭАК)
Syndicate
